Февраль 2022-го. На пражском Главном вокзале волонтёры стоят с табличками на украинском. В аэропорту Вацлава Гавела раскладывают одеяла. Частные лица предлагают комнаты в своих квартирах совершенно незнакомым людям — просто потому, что так надо. Три года спустя картина другая: украинцев в Чехии стало больше, они работают, водят детей в школы, платят налоги — и всё чаще воспринимаются не как гости, которым нужна помощь, а как часть повседневной жизни страны. Иногда — удобная, иногда — неудобная. Как изменилось это соседство и что ждёт украинцев дальше — разбираемся в материале.
Численность и демографический профиль
Чехия — страна с населением около 10,9 миллиона человек — сегодня является абсолютным лидером в Европейском союзе по числу украинских беженцев в пересчёте на душу населения. По данным Eurostat, на каждую тысячу жителей в Чехии приходится около 36 украинцев с временной защитой. Для сравнения: в Польше этот показатель составляет 26,54, в Германии — 14,85, во Франции — всего 0,77.
По данным Министерства внутренних дел Чехии, к середине марта 2026 года число лиц с временной защитой в стране выросло до 401 850 человек. Помимо них, в Чехии живут украинцы, приехавшие ещё до войны — с учётом всех категорий общая численность граждан Украины в стране превышает 612 тысяч человек.
Большинство — женщины с детьми, бежавшие в первые месяцы войны. Из общего числа беженцев 28% составляют дети и пожилые люди, а трудоспособных — более 265 тысяч человек, из которых 60% — женщины. Демографический портрет постепенно менялся: в первый год это была волна матерей с детьми, позже добавились мужчины, покинувшие Украину по разным причинам — и те, кто искал работу, и те, кто избегал мобилизации.
Как менялось общественное настроение
Весна 2022: волна солидарности
Первые месяцы войны стали временем почти безусловной поддержки. Чехи принимали украинцев в своих домах, организовывали гуманитарные сборы, ездили волонтёрами на границу. Политический консенсус был редким по масштабу: помощь Украине воспринималась как моральный долг страны, которая сама пережила советскую оккупацию. Однако затяжной конфликт постепенно начал менять общественные настроения. По мере того как война продолжалась, всё чаще звучали вопросы о нагрузке на государство и социальную систему.
Опрос, проведённый в июне 2025 года, показал, что 58% граждан считают, что Чехия приняла слишком много беженцев. 24 TV Аналитический центр STEM также зафиксировал рост критических оценок: более половины чехов убеждены, что украинцы создают чрезмерную нагрузку на государственный бюджет. При этом 60% респондентов заявили, что украинцы «получают из бюджета больше, чем в него вносят». STEM подчёркивает, что официальные данные говорят об обратном, однако эти цифры пока не изменили массовое восприятие.
Более позитивный срез: январь 2026
Несмотря на рост усталости, картина остаётся неоднозначной. Опрос агентства Kantar CZ, проведённый в январе 2026 года по заказу Чешского телевидения, показал, что 54% респондентов считают необходимым продолжать военную помощь Украине — это на 7% больше, чем в октябре 2023 года. Кроме того, 69% опрошенных уверены, что украинским беженцам удалось успешно интегрироваться в чешское общество.
Позитивный личный опыт взаимодействия с украинцами сегодня имеют 35% чехов — на 5 пунктов больше, чем в октябре 2023 года. Нейтральное отношение демонстрируют 30% (против 26% ранее), а доля негативных впечатлений остаётся стабильной — около 20%.
Почему мнения так различаются
Социолог Йиржи Таборский из центра STEM объясняет этот разрыв достаточно просто: те, кто лично общался с украинцами и видит их интеграцию, чаще относятся к ним позитивно. Более критичны те, кто оценивает ситуацию абстрактно, опираясь на политические заявления и общественные нарративы, а не на личный опыт.
Политический фактор и рост поляризации
Отдельную роль играет политическая риторика. Например, председатель движения SPD Томио Окамура, известный антиукраинскими заявлениями, утверждает, что недовольство в обществе растёт, и указывает на то, что в Праге якобы каждый третий житель — иностранец.
Такие заявления скорее отражают усиление поляризации и попытки использовать тему миграции в политической борьбе. Однако подобная риторика звучит всё громче — и заметно влияет на общественные настроения.
Мнение украинцев
Для самих украинцев три года в Чехии — это три года очень разного опыта. Те, кто приехал в первые месяцы, успели пройти путь от шока и растерянности до относительной стабильности. Те, кто оказался здесь позже, попали уже в другую страну — более усталую, с более строгими правилами и менее щедрой помощью.
Общая тема в разговорах — постепенное ощущение невидимости. Первый год был временем внимания и сочувствия. Потом украинцы как бы «вписались в пейзаж» — и это само по себе неплохо, но вместе с нормализацией пришло и равнодушие.
По данным отчёта УВКБ ООН за январь 2026 года, почти 60% опрошенных беженцев из Украины работают ниже своего уровня квалификации. Врач работает санитаркой, учитель — на складе. Языковой барьер и непризнание дипломов — главные причины этого. Часть специалистов всё же находит путь к профессии: в медицине, IT, строительстве — но это требует времени и усилий, которых у многих просто нет.
Психологическое измерение — отдельная тема. Неопределённость статуса, невозможность строить долгосрочные планы, тревога за родственников в Украине — всё это создаёт хроническое напряжение. Многие украинцы живут в режиме «ещё один год» — продлить защиту, найти работу, дать детям возможность учиться — не зная, что будет дальше.
Официальная сторона вопроса
В январе 2026 года в Чехии сменилась власть: выборы выиграло движение ANO Андрея Бабиша в коалиции с националистической SPD Томио Окамуры. Это правительство — значительно менее проукраинское, чем кабинет Петра Фиалы. По данным чешских СМИ, новая коалиция планирует изменить правила временной защиты для беженцев из Украины — в частности сократить социальные выплаты.
Временная защита пока сохраняется
Несмотря на политические изменения, ключевые механизмы поддержки продолжают действовать. В январе 2026 года МВД Чехии открыло онлайн-регистрацию для продления виз временной защиты. После прохождения двух этапов процедуры статус продлевается на один год — до 31 марта 2027 года.
Это продление станет последним в рамках общеевропейской директивы. После марта 2027 года каждая страна ЕС будет самостоятельно решать, какой правовой статус предложить украинцам дальше.
Специальное долгосрочное проживание
Новое правительство также утвердило программу специального долгосрочного проживания для украинских беженцев. Этот механизм рассчитан на экономически активных и финансово самостоятельных людей. Он позволяет получить стабильный статус на 5 лет с перспективой оформления постоянного вида на жительство. Формула программы достаточно чёткая: работаешь, платишь налоги, соблюдаешь требования — получаешь возможность остаться в стране на долгий срок.
Кабинет Бабиша также обсудил поправку, позволяющую повторить процесс получения специального долгосрочного проживания в 2026 году на тех же условиях, что и в 2025-м. Изменяются сроки, но базовые требования остаются прежними.
Украинцы дают бюджету больше, чем получают
Экономические данные показывают, что украинские беженцы стали для Чехии не нагрузкой, а источником дохода. В третьем квартале 2025 года они уплатили в бюджет около 340 миллионов евро налогов и сборов — более чем вдвое больше суммы, потраченной государством на помощь.
Тенденция остаётся устойчивой: начиная с третьего квартала 2023 года доходы бюджета, связанные с присутствием украинцев, стабильно превышают расходы, а разрыв между ними продолжает расти. За всё время с начала войны украинские беженцы принесли Чехии около 24,8 млрд крон, тогда как государство потратило на их поддержку 15,5 млрд.
Роль украинцев на рынке труда
Чехия остаётся одной из стран ЕС с самым низким уровнем безработицы — около 3%. Это показатель не кризиса, а нехватки рабочих рук. Украинцы заняли значительную часть вакансий, особенно в промышленности, строительстве, логистике и сфере услуг, закрывая те ниши, где стране давно не хватает работников.
Учеба в школе в условиях миграции
Среди всех аспектов украинской интеграции именно школьная тема наиболее показательна: дети встраиваются в систему глубже и быстрее взрослых, и именно в классах формируется то, каким будет чешско-украинское соседство через десять лет.
Сегодня в чешских школах учатся десятки тысяч украинских детей. Для них это нередко второй или третий учебный год в новой стране, с новым языком и новыми правилами. Часть детей уже говорит по-чешски свободно, часть всё ещё испытывает трудности.
Государство несколько лет субсидировало программы поддержки: в школах работали украиноязычные ассистенты, действовали адаптационные курсы. Однако в первой половине 2025 года 193 учебных заведения получили 89 миллионов крон на программу поддержки, а уже с сентября 2025 года Министерство образования прекратило её финансирование — из-за бюджетных ограничений. Школы теперь могут рассчитывать лишь на базовые языковые курсы из региональных резервов.
Параллельно в декабре 2025 года произошло важное правовое изменение: Конституционный суд Чехии отменил норму, позволявшую проводить отдельные записи в начальные школы для детей украинских беженцев. Суд согласился с сенаторами, что такая практика являлась дискриминационной и могла вести к сегрегации. С одной стороны, это шаг к равноправию. С другой — исчезновение особого порядка может усложнить доступ к образованию для наиболее уязвимых семей.
Экспертный взгляд и прогнозы
Директор Института демографии и социсследований НАН Украины объясняет нарастание напряжённости в странах-реципиентах прежде всего «экономической ревностью»: местным кажется, что украинские матери получают больше помощи, чем собственные граждане. Ощущение несправедливости — даже если оно не соответствует фактам — питает общественное недовольство.
Radio Prague International в конце 2025 года указывало на принципиальный вопрос: что Чехия сможет предложить беженцам после возможного окончания действия временной защиты? Один из ориентиров — опыт с беженцами из бывшей Югославии в 1990-х: тогда Чехия предоставила нескольким тысячам людей временное убежище с базовыми гарантиями — жильём и постепенным доступом к рынку труда. Сценарий рабочий, но масштаб несопоставим.
Большинство аналитиков сходятся в одном: украинцы в Чехии — это надолго, вне зависимости от того, закончится ли война. Значительная часть из тех, кто провёл здесь три года, уже пустила корни — через работу, через учёбу детей, через язык. Возвращение для многих становится всё менее реалистичным.
Прогнозы делятся на два сценария. Если война продолжится — число украинцев в Чехии останется стабильным или вырастет, а давление на систему интеграции усилится. Если наступит мир — часть уедет, но исследования показывают, что большинство обосновавшихся останется, так как слишком много выстроено заново.